Главная | Каталог статей | Регистрация | Выход
Вы вошли как Гость | Группа "Гости"Приветствую Вас Гость | RSS
Категории раздела
Танки [53]
БТР и БМП [11]
САУ [3]
ЗСУ [1]
Карта раздела
Более удобная навигация
Реклама
Реклама
Авторские права
Информация о авторских правах Вся информация предоставляется в информационных целях. Если Вы считаете, что мы нарушаем Ваши авторские права, то информация будет снята с сайта после Вашего письменного уведомления. Содержимое сайта публикуется на условиях CreativeCommons Attribution-ShareAlike 3.0 или более поздней версии, программные коды в тексте статей — на условиях GNU GPL v2 или более поздней версии.
На развитие сайта
Главная » Статьи » Бронетехника » Танки

Плавающие танки Второй мировой. Часть 1. СССР.
Плавающие танки Второй мировой войны. Часть 1. СССР.

По опыту Первой мировой войны стало ясно, что следующий конфликт будет маневренным и неизбежно будет характерен массовым применением бронетехники. Однако, войска, действующие в Европе с ее реками и озерами, обязательно столкнулись бы с необходимостью преодоления водных преград.
Первыми к этому пришли британцы. Еще в Первую мировую у них были идеи о высадке морского десанта для того, чтобы обойти фланг немцев, примыкающий к Северному морю. Предполагалось снабдить танки Mk. X цилиндрическими понтонами и буксировать их кораблями. Однако, испытания провели в Темзе лишь в октябре 1918 года, когда война уже закончилась.
Вероятно, эти исследования и стали предпосылками к созданию британцами в 1919 году первого в мире плавающего танка. Машина передвигалась в воде благодаря перемотке гусениц. Средний танк получил незатейливый индекс «средний танк Д». Однако, как и разработки других государств (об этом мы расскажем ниже), этот танк не пошел в серию из-за своего несовершенства. А вот в 1929 году британцы все же построили по-настоящему годный амфибийный танк. Им стал разработанный фирмой «Виккерс-армстронг» танк, получивший название «Виккерс-Карден-Лойд» типов А4Е11 и А4Е12. Для достижения плавучести конструкторы максимально облегчили массу машины, установили под днище баки, а над гусеницами – поплавки-надкрылки из бальзы (древесина редкого южноамериканского дерева), корпус выполнили в форме корыта . По поверхности воды танк двигался благодаря гребному винту, который приводился в действие валом от коробки передач. На плаву машина поворачивала с помощью руля. Двигатель и трансмиссия размещались в машине справа, а башня и рубка водителя были смещены влево. Башня с пулеметом были позаимствованы у 6–тонного танка «Виккерс модель А». Карбюраторный двигатель Meadows EST мощностью 90 л.с. позволял танку массой 2,75 т. развивать скорость на суше до 64 км/ч, а в воде – до 9,7 км/ч. 

Амфибия Карден-Ллойд на испытаниях в Финляндии, 1933 год.

Однако заветная плавучесть и подвижность таки были достигнуты в ущерб бронированию и вооружению, так что военные признали, что этот танк можно было использовать лишь в разведывательных целях. Лобовая броня машины составляла всего 9 мм и обеспечивала защиту лишь от бронебойных пуль на дальностях от 150 м. После начала серийного производства в июне 1931 года, британская армия заказала лишь 2 экземпляра данной машины. Еще по 2 танка заказали Таиланд и Нидерланды, а самая крупная партия из 29 машин отправились в Китай, где в 1937 году все они погибли в уличных боях с японскими милитаристами в Шанхае. 

Советские плавающие танки

5 января 1932 года советская внешнеторговая фирма АРКОС заказала для СССР 8 плавающих танков, которые и были поставлены с 21 июня по 22 октября 1932. В то время в СССР было обычной практикой закупать британские и американские танки и на их базе проектировать свои. Так появились легкие танки Т-26 (вырос из купленного «Виккерс 6-тонн»), танкетка Т-27 (из танкетки «Карден-Ллойд») и знаменитые колесно-гусеничные БТ (из американского «Кристи»).
Не успели британцы поставить в СССР все 8 танков, как в августе 1932 в ОКМО завода «Большевик» (Ленинград) под руководством Н.В.Барыкова был создан плавающий танк Т-33, а на заводе №37 (Черкизов) под руководством Н.Н.Козырева – танк Т-41.
Отличия от британской машины у Т-33 были минимальны. В башню вместо британского пулемета установили советский ДТ с боекомплектом 2140 патронов. Перед башней установили волноотражающий щиток со смотровой щелью. Также заменили британский двигатель на «Форд-АА» мощностью 40 л.с. (т.е. более чем в 2 раза менее мощный, чем британский). Поплавки теперь заполнялись не дорогостоящей бальзой, а пробкой или сушеными водорослями. Машина незначительно потяжелела – до 3 т., и стала медленнее: на суше Т-33 развивал 45 км/ч, в воде – всего 5 км/ч. То есть, Т-33 лишь ухудшил показатели своего британского предка.
Т-41 тоже не был лучше британца. Он был создан в двух вариантах. Первый обладал хорошей плавучестью, однако был слишком высок. Винт не имел реверса (то есть, танк не мог плыть назад), а управляемость наплаву оставляла желать лучшего, что было вызвано тем, что рули находились не в потоке винта, а по бокам. Во втором варианте эти недостатки частично устранили, однако из-за плохо подобранной формы корпуса и центра тяжести при движении по воде нос танка зарывался в воду, а корма приподнималась. Тем более, имея тот же двигатель, что и Т-33, этот танк имел ее худшие скоростные показатели: 40 км/ч по суше и 4,5 км/ч по воде. В купе с узкими гусеницами от танкетки Т-27 это ухудшало подвижность машины на суше. 

Прототип Т-33

Клепано-сварной корпус собирался из бронелистов при помощи стальных уголков. Чтобы обеспечить его герметичность в стыки устанавливались резиновые прокладки. Конструкторы полностью отказались от дополнительных поплавков, из-за чего возросла высота танка, сделав его более легкой мишенью на поле боя.
Козырев стремился максимально унифицировать танковые узлы с узлами грузовых автомобилей. Интересной особенностью машины было то, что топливо подавалось из 120-литрового бака в двигатель самотеком. Трансмиссия Т-41 была почти целиком заимствована от грузовика "Форд": автомобильное сцепление, главная передача дифференциала, КПП и карданный вал. Двигатель танка, в отличии от Т-33, устанавливался в кормовой части корпуса вдоль прямой оси. 
Несмотря на недостатки Т-41, 12 экземпляров все же построили. Они участвовали в парадах, затем применялись в учебных целях. А один танк в 1945 году применялся для отработки доставки танков по воздуху посадочным способом.
Но ленинградцы тоже не остановились на Т-33. Использовав свои наработки, подвеску типа «Крупп», позаимствованную у немецких коллег в ходе военно-технического сотрудничества с Веймарской Германией, и двигатель «Газ-АА» (освоенный советской промышленностью аналог американского «Форд-АА») они создали прототип танка Т-37. Как и оба его предшественника танк в серию не пошел из-за своих технических недостатков.
Однако, ничто не проходит даром. Опыт, накопленный в битве за плавающий танк позволил конструкторам объединить усилия и используя компоновочную схему Т-41 и ходовую Т-37 создать подходящую машину.
Постановлением Совета труда и обороны (СТО) СССР от 11 августа 1932 года такой танк под индексом Т-37А принимался на вооружение РККА, причём на момент утверждения документа не было даже его опытного образца. Главным конструктором несуществующей пока ещё машины был назначен Н. Н. Козырев, а серийное производство планировалось развернуть на заводе № 37 в подмосковном Черкизове.
Корпус Т-37А собирался, как и корпус Т-41, с помощью стальных уголков. Толщина бронелистов составляла 4,6 и 8 мм. Башня имела цилиндрическую форму и была смещена вправо. В башне находился 7,62-мм пулемет ДТ с боекомплектом в 2142 патрона (34 магазина). Поворот башни осуществлялся вручную. Для наблюдения за полем боя в корпусе и башне имелись смотровые щели. Автомобильный карбюраторный 4-цилиндровый двигатель «Газ-АА» мощностью 40 л.с., располагался продольно относительно оси машины ближе к левому борту. Благодаря двигателю танк мог развивать скорость до 38 км/ч при запасе хода в 185 км. Трансмиссия состояла из автомобильного сцепления, 4-х скоростной коробки передач, карданного вала, главной передачи, конического дифференциала с колодочными тормозами привода водоходного движителя.
По воде Т-37А передвигался благодаря двухлопастному гребному винту. Поворот осуществлялся при помощи руля, установленного в потоке винта. Для откачки воды с днища машины имелся специальный насос. Танк мог развивать скорость на поверхности воды до 6 км/ч. На поздних серийных Т-37А для увеличения водоизмещения к надгусеничным полкам крепились поплавки, заполненные пробкой.
Подвеска – блокированная пружинная. На каждый борт по две двухкатковых тележки. Гусеница была мелкозвенчатой, изготовленной из ковкого чугуна. Масса – 3,2т, экипаж – 2 человека. 

Т-37


Т-37А с башней Ижорского завода на плаву

До конца 1932 года планировалось выпустить первые 30 серийных Т-37А (следует заметить, что в литературе того времени Т-37А нередко именуются как Т-37). Корпуса на завод №37 присылал Подольский крекинго-электровозостроительный завод, а башни – Ижорский завод. План на 1933 год составлял 1300 танков Т-37А. Однако, все шло не так гладко. Т-37А был значительно сложнее выпускаемой до этого заводом №37 танкетки Т-27 (к тому же, она оставалась в производстве и отвлекала на себя часть сил и ресурсов). Технология производства штампованных цементированных бронелистов на заводе в Подольске была совершенно неотработанной, в результате чего требуемый результат приходилось достигать подгонкой по месту кустарными методами. В итоге, к 1 января 1934 года было выпущено всего 126 Т-37А (из них 2 Т-37ТУ – танки с радиостанцией 71-ТК-1). Часть танков приняла участие в параде 7 ноября 1933 года на Красной площади. Весь 1934 год на заводе боролись за увеличение числа собранных танков. Сменили начальство, увеличили штат работников, закупили станки за границей. Однако, ощутимых результатов не было. Также по ходу 1934 года в конструкцию Т-37А внесли очередные изменения: толщину бортов и лба увеличили до 10 мм, гнутую кормовую деталь бронекорпуса заменили на штампованную, надгусеничные поплавки теперь делали полыми, а не заполняли пробкой. В 1935 к производству корпусов подключили и Ижорский завод, и без того занятый заказами ВМФ СССР. Результат принесли лишь реорганизация и наращивание мощностей завода им. Орджоникидзе в Подольске, и в 1936 году программа производства Т-37А была полностью обеспечена корпусами. Однако, в 1936 году опыт эксплуатации Т-37А в войсках показал, что танк далек от совершенство и с производства его сняли. Всего в 1933-1936 году произвели 1909 линейных танка, 634 танка с радиостанцией и 75 химических (огнеметных) танков БХМ-4.
Частично, бедой Т-37А были требования заказчика – максимальное использование автомобильных деталей в конструкции. В то время были доступны два двигателя от грузовиков – ЗиС-5 и ГАЗ-АА. При этом, ЗиС-5 был слишком тяжел и велик для танкетки. Двигатели серии ГАЗ были подходящими по габаритам, однако имели малую мощность – всего 40-50 л.с. Отсюда исходили и слабое бронирование, и слабое вооружение, и небольшая скорость.
Помимо двигателей проблемой были и расположенные снаружи тормоза механизмов поворота. При движении по воде тормоза намокали, и на некоторое время танк становился неуправляемым. Также проблемой были поломки дифференциалов задних мостов от грузовиков.
Учения 30-х годов показали недостаточную надежность гусеничного движителя (траки и пальцы гусеничных лент часто ломались при движении по бездорожью). Руководство РККА испытывало интерес к колесно-гусеничным танкам и планировало в будущем всю бронетехнику РККА сделать колесно-гусеничной. Такие эксперименты проводили и над Т-37А. Машины Т-37Б и Т-37В были признаны неудачными и проект закрыли. Также проводились опыты по установке на шасси танка Т-37А пушки калибром 45-мм и превращения машины в САУ. Однако, из-за массы недостатков идея развития не получила.
Вернемся же к 1932 году, когда был создан прототип среднего плавающего танка ПТ-1, разработанного советскими оружейниками самостоятельно. История этой машины началась в 1930 году, когда было разработано тактико-техническое задание на средний плавающий танк. Машина должна была вооружаться 45-мм пушкой и тремя пулеметами, защищена от поражения 37-мм снарядами на дистанциях свыше 1000 м, при этом иметь массу не более 20 т , вмещать 6 членов экипажа и развивать скорость на суше 30 км/ч. Работами руководил Н.А.Астров (кстати, работу он начал, находясь в тюрьме по ложному обвинению) и уже осенью 1932 года опытный экземпляр был готов.
Форма корпуса обеспечивала хорошую остойчивость на плаву и малое сопротивление в движении на плаву. Двигался в воде танк благодаря гребным винтам. Для создания запаса плавучести предусматривались дополнительные водоизмещающие емкости по бортам корпуса.
В цилиндрической башне устанавливалась 45-мм пушка 20К образца 1932 года, с ней был спарен пулемет ДТ. Боекомплект пушки составлял 88 выстрелов. Часть боекомплекта пушки находилась в небольшой нише в корме башни. Еще два пулемета располагались по бортам башни в шаровых установках и еще один в лобовом листе корпуса справа. Стволы пулеметов защитили кожухами для защиты от попадания воды на плаву. Боекомплект пулеметов составлял 3402 патрона.
По периметру корпуса располагалась поручневая антенна радиостанции 71-ТК-1. В кормовой части корпуса располагался карбюраторный двигатель М-17Ф мощностью 500 л.с. и агрегаты силовой передачи: главный фрикцион сухого трения, коробка передач с механизмом поворота, в качестве которого использовался двойной дифференциал, две коробки отбора мощности на гребные винты и две бортовые передачи.
Как и танки серии БТ машина была колесно-гусеничной. С каждого борта имелись по четыре сдвоенных прорезиненных опорных катка большого диаметра. Передняя и задняя пары катков были управляемыми. При движении без гусениц ведущими были все опорные катки. К каждом присутствовал редуктор.
Танк имел экипаж 4 человека (напомним, в тактико-техническом задании значились 6 членов экипажа), массу 14,2 т, максимальная толщина брони составляла 10 мм. На гусеницах танк развивал 62 км/ч, на колесах – целых 90 км/ч, на плаву – 6 км/ч.
Большинство узлов были изготовлены на заводе «Красный пролетарий». До этого танки на этом заводе не выпускались. Бронекорпус изготовили на Ижорском заводе. Конструкция отличалась высоким качеством, что было необычно для молодой советской промышленности, переживавшей детские болезни.
Осенью 1932 года танк продемонстрировали партийному руководству, присутствовал и сам Сталин. С завода «Красный пролетарий» на Хамовнический плац, где должна была проходить демонстрация машины, танк перегнали прямо по улицам Москвы без особых мер предосторожности. На показе Сталин не одобрил установку бензинового авиационного двигателя («А ведь обещали дизельный!») и удалился со словами «Продолжайте». Работы по ПТ-1 так и продолжались до 1934 года. В частности, был создан улучшенный ПТ-1А. Корпус удлинили, броню увеличили до 13-15 мм (соответственно, возросла и масса – до 15т). ПТ-1А оставили лишь один гребной винт, ввели механизм отключения поворота задних колес, упростили трансмиссию, отказавшись от привода передних опорных катков, заменили гребневое зацепление гусениц цевочным. Теперь, если танк терял одну из гусениц, за счет дифференциала можно было синхронизировать работу гусеничного и колесного движителей. Были убраны бортовые башенные пулеметы – их эффективность в бою вызывала сомнение. За счет них увеличили боекомплект пушки до 96 выстрелов и пулеметов – до 4851 патрона. Предполагалось производить танк как в плавающем, так и в сухопутном варианте. В постановлении СТО РККА «О системе танкового вооружения РККА» от 13 августа 1933 года говорилось: «С 1934 года начать постепенное внедрение в производство в качестве оперативного танка плавающей машины ПТ-1 с таким расчетом, чтобы с 1936 года полностью перейти на развернутое производство этого танка на базе и за счет производства танка БТ». Однако, ПТ-1 так и не пошел в серийное производство. Он проиграл соревнование танкам серии БТ, в основном из-за большей сложности конструкции, в частности элементов трансмиссии и приводов управления. Помимо того, танки ПТ-1 и ПТ-1А имели малый запас плавучести (то есть, живучести наплаву в случае пробоины) и неудовлетворительную проходимость на суше. Постановление СТО РККА от 19 июня 1935 года гласило: «оставить на вооружении танк БТ.
Отказаться от замены его на ПТ-1». Над неплавающими вариантами ПТ-1 работы продолжались (ИТ-3, Т-29-4, Т-29-5), но в серию они так и не пошли. 

ПТ-1

Однако, ПТ-1 был не единственной колесно-гусеничной плавающей разработкой советских инженеров. В 1934 году на московском заводе №37 имени С.Орджоникидзе под руководством Н.Н.Козырева (напомним, он руководил работами над плавающим Т-41) и на ленинградском заводе №186 имени С.М.Кирова (бывший ОКМО) под руководством М.П. Зигеля параллельно были изготовлены два образца танка, получившего индекс Т-43 (не путать со средним Т-43, разрабатывавшемся позже на базе Т-34). Оба танка были явно созданы под влиянием все той же британской машины «Карден-Ллойд». Оба танка были снабжены двигателями «Газ-АА». Один из прототипов передвигался по воде благодаря гребному винту, другой же прототип использовал довольно оригинальную схему: на ведущих колесах вместо спиц были лопасти, струи воды от которых, направлялись назад с помощью специальных кожухов. Однако, сложность конструкции, плохая проходимость по суше и другие недостатки не позволили выйти этим машинам из стадии прототипов.
Итак, побывав в серийном выпуске, первая амфибия Красной Армии Т-37А была снята с производства в 1936 году. Причиной тому послужила разработка более совершенного плавающего танка. В 1934 году главным конструктором завода №37 стал вышеупомянутый Н.А.Астров, который не только разрабатывал ПТ-1, но и участвовал в модернизации Т-37А. В том же году был разработан прототип плавающего танка под заводским индексом «09А», а в июне 1935 года он уже испытывался в войсках, где получил индекс Т-38. Выпуск начали на заводе ГАЗ в конце 1935 года. До 1 февраля 1936 года там было выпущено 40 машин (из них приняли 36), после этого выпуск продолжили на заводе №37, где к лету 1936 года Т-38 полностью сменил на сборочных линиях своего предшественника Т-37А. До конца 1937 года успели выпустить 1063линейных танка Т-38 и 165 танков Т-38РТ («радийный танк») с радиостанциями 71-ТК-1.
Танк позаимствовал у Т-37А башню, однако теперь она располагалась не на правой, а на левой стороне корпуса. Место механика-водителя перенесли слева на право. Вооружение осталось тоже – пулемет Дегтярева танковый, боекомплект – 1512 патронов (24 магазина). Корпус имел форму аналогичную корпусу Т-37А, только стал ниже и шире. Доработали трансмиссию и тележки подвески. Проблемный дифференциал был заменен на многодисковые бортовые фрикционы, а отбор мощности на гребной винт осуществлялся через специальный редуктор. Эти меры позволили значительно улучшить маневренность танка. 



Серийный Т-38

Однако, в остальном военные не сильно хвалили новую машины. После масштабных учений 1937 года они заявили, что Т-38, как и его предшественник не может перевозить на броне даже двоих пехотинцев – малое водоизмещение приводило к тому, что перегруз в 120 кг приводил к захлестыванию водой люка командира. По рекомендации автобронетанкового управления (АБТУ) для повышения водоизмещения на Т-38 цепляли списанные поплавки от Т-37А, однако это мало помогало. Вызывало претензии не только поведение танка на воде – на суше он тоже был недостаточно хорош. Т-38 имел плохую проходимость по пересеченной местности – следствие малой удельной мощности, к тому же машина частенько «разувалась» (теряла гусеницы). Далекой от совершенства была система охлаждения двигателя, приводившая к частым перегревам и выходам из строя агрегата. После учений 1937 года Т-38 объявили небоеспособным, а на завод №37 отправили комиссию НКВД. По результатам разбирательств заводу поручили провести модернизацию танка. Кроме того, было поручено снизить стоимость танка за счет унификации некоторых деталей с легким артиллерийским тягачом «Комсомолец». Лишь к весне 1938 ослабленный репрессиями конструкторский коллектив завода смог представить прототипы модернизированного Т-38. Помимо того, коллектив завода был занят вышеупомянутым «Комсомольцем» и колесно-гусеничным плавающим танком Т-39. Итак, два прототипа получили индекс Т-38М-1 и Т-38М-2. На обоих были установлены новые двигатели ГАЗ-М1 мощностью 50 л.с.. Трансмиссию позаимствовали у «Комсомольца». Помимо того, от тягача были взяты ведущие колеса и тележки подвески. Улучшили охлаждение двигателя, вместо деревянных надгусеничных полок ввели металлические. Для улучшения проходимости внедрили новую гусеницу с более высокими гребнями и усиленными пальцами. Установили дополнительный топливный бак от «Комсомольца», увеличили комплект пулемета на 630 патронов (10 магазинов). Оба прототипа были очень похожи. Борт Т-38М-1 стал шире на 100мм, а Т-38М-2 – всего на 75мм. При этом, водоизмещение Т-38М-1 увеличилось на 600кг, а у Т-38М-2 – на 450 кг. К тому же, на Т-38М-1 установили более низкий ленивец (на 13 см), что позволяло снизить продольные колебания при движении, к тому же установили менее массивную радиостанцию.
Испытания по новой методике АБТУ показали, что конструкторы на правильном пути. Однако, на испытаниях выявились и многочисленные огрехи и дефекты, что привело к тому, что Н.А. Астров был арестован. Однако, ему удалось доказать свою невиновность и вернуться на пост главного конструктора завода №37. На вооружение РККА в 1939 году был принят танк Т-38М, являвшийся своеобразным гибридом двух прототипов – от Т-38М-1 взяли корпус, от Т-38М-2 – ходовую часть, добавили улучшенную башню, увеличили боекомплект. Также, первым из малых танков РККА Т-38М получил огнетушитель. Однако, выпущено было всего 10-15 танков Т-38М. Причиной тому стал переход на производство более совершенного плавающего танка. Кстати, в то же время из имеющихся бронекорпусов 1937 года выпуска собрали еще 112 танков Т-38. 

Т-38 на испытаниях

Как и в случае с Т-37А, на базе «тридцатьвосьмого» пытались делать САУ, однако ни к чему серийному не пришли. Помимо того, проходили опыты по установке на Т-38М более мощного пулемета ДК калибром 12,7 мм, пушки ТНШ калибром 20-мм (Т-38Ш), огнемета (ХТ-38) а также опыты по увеличению бронирования танка путем экранирования бронелистами и железобетоном. Ничто из этого не вышло за стадию прототипа. 

В 1939 году проходили опыты по авиадесантированию танков Т-37А и Т-38. Предполагалось сбрасывать танки на воду с бомбардировщиков ТБ-3, которые несли танки под брюхом между шасси. Т-37А сбрасывали без экипажа. Танк приводнился удачно, однако затонул из-за незагерметизированных смотровых щелей. Т-38 сбрасывали прямо с экипажем. Танк остался на плаву, однако экипаж получил травмы. Опыты по авиадесантрованию были признаны неудачными, однако уже в ходе Великой Отечественной войны 5 танков перебрасывали по воздуху во время высадки воздушного десанта под Мценском в битве под Москвой. 


Сброс танка Т-37А с тяжелого бомбардировщика ТБ-3

 Вероятно, по причине того, что завод ГАЗ после выпуска 36 единиц Т-38 лишился права на их выпуск, конструкторы этого завода взялись за выпуск собственного плавающего танка. Машина получила интересный индекс ТМ («Танк Молотова») и представляла собой машину на базе Т-37. Танк был длиннее, на нем параллельно были установлены два двигателя ГАЗ-М1, машина использовал много деталей грузовиков ГАЗ-АА и ГАЗ-ААА, в качестве органа управления был установлен руль. Танк плавал лучше, чем Т-37А, однако не был лучше Т-38 и в серийный выпуск не поступил.
На смену Т-38М в серийном производстве пришел плавающий Т-40. Однако, и этому танку не суждено было быть разработанным без сопутствующих проблем и сложностей. А в 1937 году ГАБТУ РККА выдало новое тактико-техническое задание на создание легкого плавающего разведывательного танка. Заводу №37 было поручено спроектировать колесно-гусеничный плавающий танк, массой около 5т., оборудованный дизельным двигателем мощностью минимум 150 л.с. Проект получил индекс Т-39. Однако подобных двигателей в то время в СССР не было, что Н.А. Астрову и приходилось доказывать заказчику. В ответ было поручено разработать тот самый дизель. И все же, в апреле 1938 года задание изменили – теперь танк должен быть гусеничным, а двигатель – бензиновым. Также указывалась броня не менее 13мм, вооружение, представленное 12,7-мм и 7,62-мм пулеметами, масса около 4,8 т. Так, на заводе №37 началась разработка проекта «010». В отличие от Т-37А и Т-38 этот танк не являлся разработкой на базе британского «Карден-Ллойда», а был абсолютно новой машиной. В дальнейшем, он получил индекс Т-40. 

Т-40

Однако опыт создания и модернизации многострадальных Т-37А и Т-38 очень пригодился конструкторам. Огромное внимание уделили эргономике. Теперь механик-водитель и командир находились в одном отделении (в Т-38 их разделял двигатель), башня находилась ближе к центру (смещена влево на 25 см). Смотровой люк разместили так, чтобы его не захлестывали волны. В отличие от открытой установки гребного винта на более ранних машинах, здесь винт находился в специальной гидродинамической нише, которая защищала винт от механических повреждений. Впервые в советском танкостроении на танк установили торсионную подвеску (в последствии она оказалось более эффективной, чем тележечная). Танк собирался из катаных бронеплит толщиной 5-20 мм. Бронеплиты соединялись сваркой и болтами. Часть бронеплит имела рациональные углы наклона. Конфигурация бронеплит была достаточно сложной, причиной чему служила возможность плавать.
Вооружение составлял 12,7-мм пулемет ДШК (боекомплект 500 патронов) и спаренный с ним 7,62-мм ДТ (2016 патронов). Для стрельбы из пистолетов в корпусе имелись специальные отверстия, закрытые бронепробками. Также в боекомплект входили гранаты Ф-1.
Силовая установка была представлена рядным четырехтактным 6-цилиндровым карбюраторным двигателем ГАЗ-11 (советский аналог американского «Доджа»), мощностью 85 л.с. Двигатель позволял танку развивать скорость 44 км/ч по шоссе и около 20 км/ч по пересеченной местности. На плаву танк развивал скорость 6 км/ч. Танк мог выполнять свои боевые задачи при волнении воды до 3 баллов. Характеристики позволяли перевозить на броне 2-3 пехотинцев в полном снаряжении, что было невозможно на Т-38. Для движения по воде в туман танк был оборудован магнитным компасом. Для экстренного покидания тонущей машины экипаж снабжался двумя спасательными поясами. Танк имел низкое удельное давление на грунт, что позволяло Т-40 чувствовать себя уверенно на грунтах со слабой несущей способностью.
Запас хода по грунту составлял 220 км, что достаточно много, особенно учитывая разведывательное назначение машины.
Прототип был готов весной 1939 года. Однако, от завода ГАЗ все еще не были получены двигатели ГАЗ-11 – их производство только налаживалось. Для испытаний Т-40 оснастили двигателями «Додж» - аналогичными тем, что в будущем будет производить ГАЗ. В ходе испытаний оперативно выявили и устранили недостатки. В частности, немного увеличили корпус и катки, заменили трехлопастный винт на более эффективный четырехлопастный.

Т-40 во время битвы под Москвой.

Т-40 был принят на вооружение 19 декабря 1939 года. Серийное производство планировалось развернуть с октября 1940 года. Летом 1940 на завод №37 с визитом приехали нарком обороны С.К. Тимошенко и начальник генштаба Г.К. Жуков. Последний проявил заинтересованность в Т-40.
До начала войны было произведено 279 единиц Т-40. После начала войны выпустили еще 16 танков. В июле 1941 года, когда Красная Армия отступала на всех фронтах под мощными ударами вермахта, по инициативе начальника Научно-технического комитета ГАБТУ РККА полковника Н.А.Афонина был разработан сухопутный вариант танка Т-40. Водоходные способности танка не были востребованы в оборонительной войне, так что решено было снять гребной винт с карданным валом, коробка отбора мощности, водоходные рули, откачивающий насос, теплообменник, волноотражательный щиток и компас. За счет всех этих узлов и агрегатов конструкция танка упрощалась и облегчалась. Благодаря этому, бронирование довели до 13-15 мм в самых проблемных местах танка. Новый танк, созданный в условиях военного времени получил индекс Т-40С. На базе Т-40С были созданы первые в мире ракетные системы залпового огня на танковом шасси – на крышу устанавливались направляющие для реактивных снарядов. Машина имела индекс БМ-8-24. Позже танк лишили и ненужной для сухопутной машины гидродинамической ниши гребного винта. Благодаря этому перекомпоновали внутреннее устройство машины, к тому же еще немного увеличили бронирование. Эта машина называлась Т-30. С сентября 1941 года на Т-30 начали устанавливать 20-мм пушку ШВАК-Т (она же ТНШ). Позже из Т-30 «вырос» довольно удачный легкий танк Т-60. Всего было произведено 295 Т-40, 136 Т-40С (44 танка переделаны в «катюши»), 335 танков Т-30.
Помимо разработки собственно плавающих танков, советские инженеры занимались разработкой оборудования для того, чтобы заставить плавать сухопутные БТ-5 и Т-26. В основном, такими работами занимались в понтонно-переправочном отделении НИИТ полигона РККА. Занимались такими проектами и в войсках. В сентябре 1935 года в мастерских Приморской группы было испытано «Приспособление для плава легких танков», предложенное А.Ф.Кравцевым. Приспособление состояло из двух лодок, прикрепленных к расположенным поперек корпуса танка двум балкам. Передвижение на плаву осуществлялось с помощью вращения гусениц, оснащенных двойными «автоматическими» траками конструкции А. Ф. Кравцева. Двойные «автоматические» траки предназначались и для преодоления танком участков местности с низкой несущей способностью. Управление на плаву осуществлялось с помощью бортовых фрикционов. Для лучшей управляемости на плаву в корме танка устанавливался наружный штурвал, связанный тягами с пером водоходного руля. 29 сентября два легких танка – БТ-5 и Т-26 должны были переплыть Амурский залив к северо-западу от Владивостока. При скорости ветра, достигавшей 3,5 баллов, танк БТ-5 за 4 часа успешно преодолел вплавь 14 км. 

БТ-5 с оборудованием для плаванья

Танк оборудовался данным приспособлением в течение 20 минут командой из восьми человек. Скорость движения по воде составляла 2,5 км/ч. Громоздкость и отсутствие преимуществ над паромными переправами РККА не дали проекту получить развитие. Позже предлагали оборудовать танки складными, надувными или съемными поплавками, однако и эти идеи не прижились. Самой интересной разработкой можно считать ПХТ – оборудование для подводного хода танков. Эта страница советского танкостроения является малоизвестной, и принято считать, что первыми ездить танки по дну заставили немцы. Однако, в 1933 году был создан БТ-5ПХ («подводного хода»). Герметичность танка обеспечивалась резиновыми уплотнениями с дополнительной прокраской сварных швов и стыков свинцовым суриком. Маска пушки герметизировалась с помощью сальника и чехла (при испытании пушка на машине не устанавливалась). Погон башни герметизировался резиновой трубкой диаметром 10–15 мм, в которую ручным насосом закачивался воздух до давления 1–2 кгс/кв. см. Полученная таким способом герметичность обеспечивала поворот башни. Боковые жалюзи над радиаторами были закрыты герметично двумя металлическими 5-мм листами с двумя патрубками (диаметром 175 мм), соединенными с трубой диаметром 300 мм для подвода охлаждающего воздуха. Жалюзи над трансмиссией также герметично были закрыты металлическим листом, на котором для отвода нагретого воздуха, устанавливалась вторая труба диаметром 300 мм. Длина отводящей и подводящей труб составляла 2 м. При установке оборудования с машины снимался глушитель, а выхлопные трубы заменялись более длинными (до 1400 мм). На концах выхлопных труб устанавливались обратные клапана для предотвращения проникновения забортной воды в цилиндры двигателя в случае его остановки. Воздухопитающая труба для экипажа диаметром 200 мм была установлена на крыше башни вместо перископического прицела. С помощью установленного оборудования танк мог преодолевать водные преграды глубиной до 4 м и шириной до 40м. Экипаж должен был находиться в респираторах типа С-Ш-1, в противном случае, происходило отравление угарным газом. Связь с экипажем осуществлялась с помощью проводного телефона. Скорость движения танка под водой составляла 3 км/ч. Танк с установленным оборудованием не мог вести огонь из основного вооружения. Демонтаж оборудования осуществлялся на сборном пункте машин в течение 25–30 минут. Интересно, что в 1934 году проводились даже психо-физиологические исследования по изучению физиологического состояния экипажа при форсировании водной преграды. Такие же эксперименты проводились над легким Т-26, машина получила индекс Т-26ПХ. В целом, эти опыты сочли удачными, однако серийно танки не переоборудовались, и об их боевом применении данных нет. 

Т-26ПХ

Боевое применение плавающих танков и организационно-штатная структура
Т-37А поступали на вооружение танковых, стрелковых, кавалерийских и воздушно-десантных войск. В танковых войсках Т-37А – с 1934 года, в механизированных бригадах создан взвод разведки (3 танка Т-37А). В 1935 году количество танков во взводе разведки увеличили до 5. Довольно быстро выясняется, что Т-37А не может применяться вместе с танками БТ и Т-26 вместе по причине слабой проходимости и малой скорости плавающего танка на суше. В 1939 году и Т-37А, и Т-38 выводят из штата танковых бригад. О них вспоминают во время Советско-финской войны – местность в Финляндии изобиловала озерами и реками. Решено сформировать специальные батальоны плавающих танков, по 54 танка в каждом. По окончанию войны эти батальоны расформировали.
Летом 1940 года в СССР начато формирование механизированных корпусов. В организационно-штатной структуре нашлось место и для амфибий – в разведывательных батальонах моторизованных дивизий имелась танковая рота с 17 Т-38. Однако, в реальности плавающих танков в составе мехкорпусов могло быть как больше, так и меньше.
Когда после начала Великой Отечественной войны началось спешной формирование танковых батальонов, то они обладали довольно пестрым набором моделей танков. В них могли включаться и устаревшие Т-37А, и Т-38.
В стрелковых подразделениях плавающие танки тоже появились в 1934 году. Они имелись как в танковых батальонах стрелковых дивизий, так и в танковых ротах разведывательных батальонов. В 1940 году из состава стрелковых дивизий вывели танковые батальоны, плавающие танки остались лишь в танковых ротах разведывательных батальонов. По новому штату в них было 12 линейных плавающих танков и 4 радийных. В июле 1941 года танки полностью исключили из состава стрелковых дивизий.
В ВДВ плавающие Т-37А и Т-38 появились в 1936 году. 16 танков состояли в мотомеханизированном батальоне авиадесантной бригады. Весной 1941 были сформированы 5 отдельных воздушно-десантных корпусов, в каждом по отдельному танковому батальону из 50 Т-38.
В кавалерийских дивизиях с 1934 года плавающие танки имелись в составе механизированных полков (25 танков Т-37А или Т-38). В 1938 года плавающие танки исключили из кавалерийских дивизий, но в некоторых они имелись вплоть до 1941 года.
Первое боевое применение Т-37А относят к боям на Халхин-Голе в мае-сентябре 1939 года. 8 машин имелось в составе 11-й танковой бригады 57-го Особого корпуса, еще 14 танков прибыли в составе 82-й стрелковой дивизии в июле. В основном танки применялись для поддержки пехоты. Водоходные свойства танка не нашли применения в монгольских степях, однако он проявил свою плохую проходимость в песках. Проявилась и плохая защита – 17 из 25 имевшихся танков были потеряны безвозвратно. Здесь следует признать, что применение плавающих танков на театре военных действий, где очень мало водоемов, еще и в целях, для которых они не предназначены, вызывает, по меньшей мере, удивление.
Т-37А использовались и во время польской кампании. В ходе боев близ Хелма были потеряны 3 танка. В отчёте о действиях танковых войск о них было сказано: «Танки Т-37А в ходе маршей часто выходили из строя, проходимость низкая, отставали даже от пехотных подразделений».
30 ноября 1939 года разразилась Советско-финская война. Казалось бы, вот он шанс плавающих танков – Карельский перешеек изобилует озерами. В составе Ленинградского военного округа было 435 Т-37А и Т-38, т.е. 18,5% от общего числа танков. Здесь они часто использовались как для разведки и охранения, так и для поддержки пехоты.
Например, 2 декабря 1939 года взвод танков Т-38 был послан в разведку к станции Ино. В ходе выполнения задачи они натолкнулись на пехотный батальон финнов с артиллерией, пытавшийся зайти в тыл советским войскам. Плавающие танки приняли ночной бой с превосходящими силами противника. Атака финнов была сорвана, артиллерия подбила 3 танка Т-38.
Иногда они выполняли и свою прямую задачу - форсировали водные преграды. Однако броня не защищала даже от мелкокалиберных противотанковых пушек, а пулеметное вооружение позволяло поражать лишь пехоту и небронированные цели. Опять-таки, в лесистой заснеженной местности проявились плохие ходовые качества и низкая надежность. В Зимней войне были потеряны 94 плавающих танка. В качестве трофеев финнам достались 29 танков Т-37А и 13 Т-38. Впоследствии, они использовались в войне против СССР.
К началу Великой Отечественной войны в РККА 36% парка плавающих танков нуждались в серьезном ремонте. Остальные машины также были довольно-таки изношены. С началом войны плавающие танки не использовались по своему прямому назначению. Пулеметное вооружение не позволяло бороться с бронетехникой немцев, а броня не спасала от снарядов. Большинство танков были потеряны к весне 1942 года. Оставались они лишь на Ленинградском и Карельском фронтах, где интенсивность боев была меньше.
Однако случаи применения плавающих танков по назначению все-таки имели место быть. Например, в августе-сентябре 1942 года 29 амфибий пересекли Неву и захватили плацдарм. Вскоре плацдарм был эвакуирован, потери среди плавающих танков составили 6 штук, причем все потеряны из-за поломок.
Летом 1944 года было принято решение задействовать все имеющиеся Т-37А, Т-38 и Т-40 Ленинградского и Карельского фронтов в операции по захвату плацдарма на реке Свирь. Помимо 40 плавающих танков в операции должны были принимать участие 100 амфибийных автомобилей Ford GPA, поставленных в СССР по ленд-лизу из США (о них мы расскажем ниже). На автомобилях реку должен был форсировать пехотный десант. Река Свирь в этом месте имела ширину от 250 до 400 метров, глубину до 5 — 6,5 метров и скорость течения более 0,4 м/с. На подготовку операции ушли всего сутки. Утром 21 июля 1944 года началась трехчасовая артподготовка. Танки и автомобили начали пересекать реку еще до окончания артподготовки. Они вели огонь из пулеметов сходу, затем прорвали проволочные заграждения и совместно с десантниками зачистили вражеские траншеи. Плацдарм был захвачен. Потери составили всего 5 машин.

Младшие братья советских плавающих танков.
Параллельно с плавающими танками в СССР разрабатывались и плавающие бронеавтомобили. Заставить их плавать было еще сложнее, чем проделать это с танками. Бронеавтомобили имели большие колеса и ниши для них, центр тяжести был расположен высоко. Все это затрудняло создание остойчивого водоизмещающего корпуса с хорошими гидродинамическими свойствами.
В 1932 году Техническим отделением ЭКО ОГПУ ЛВО был разработан проект броне-авто-водо-машины. В том же году опытный образец изготовили на заводе «Большевик». Машина получила индекс БАД-2 («бронеавтомобиль-дрезина»). 

БАД-2

Корпус был сварен из 6-мм броневых листов и имел нос с остроскульными обводами для улучшения водоходных качеств. Машина имела колесную формулу 6х4. При необходимости, на колеса задних несущих осей надевались гусеницы. Так как БАД-2 проектировалась, в том числе, и как дрезина, то колеса можно было заменить железнодорожными скатами. Движение на плаву осуществлялось при помощи гребного винта, поворачивала на плаву машина благодаря передним колесам. Машина весила 4,6 т. (больше, чем плавающие танки), и ее двигатель мощностью 40 л.с. позволял ей разгоняться на колесах по шоссе до 60 км/ч, с надетыми гусеничными цепями – до 50 км/ч, на рельсах – до 90 км/ч, на плаву – до 6 км/ч.
При этом, вооружение у машины было куда более серьезным, чем у советских плавающих танков – БАД-2 имела две башни, расположенные в два яруса вдоль оси корпуса. В передней конической башне размещалась 37-мм пушка Б-3, созданная на базе немецкого орудия фирма «Райнметалл». В цилиндрической кормовой башне располагался пулемет ДТ, помимо него таковой был и у водителя в лобовом бронелисте. Боекомплект составлял 60 выстрелов для пушки и 3000 патронов для пулеметов. Помимо того, имелись два баллона для постановки дымовой завесы. Экипаж состоял из 4 человек.
Впервые БАД-2 была показана на параде 1 мая 1933 года в Ленинграде и даже переплыла Неву на глазах у изумленной публики. Однако военных не устраивала броневая защита и ненадежность машины (в основном, из-за перегрева двигателя) и на вооружение ее не приняли.
В 1935 году был разработан новый плавающий бронеавтомобиль ПБ-4. От плавных обводов корпуса отказались. Броню увеличили до 7 мм, масса возросла до 5,28 т., из-за чего ухудшилась плавучесть, и по бокам корпуса пришлось устанавливать заполненные пробкой понтоны. Вооружение усилили: вместо 37-мм ввели 45-мм пушку 20К образца 1932 года. Двигатель «Газ-А» мощностью 40 л.с. имел хорошо продуманную систему охлаждения, в том числе ввели теплообменник для охлаждения двигателя на плаву при помои забортной воды. Скорость на плаву была еще меньше, чем у предшественника и составляла всего 4 км/ч. Выпустили всего 5 экземпляров для испытаний – военных не устраивала недостаточная надежность, удельная мощность и несовершенная форма корпуса. 



ПБ-4 (вверху) и ПБ-7 (внизу)

Потомок ПБ-4 – плавающий бронеавтомобиль ПБ-7 избавился от некоторых болезней предка – за счет более совершенной формы корпуса уменьшилась масса – до 4,5 т., что позволило отказаться от поплавков-понтонов и незначительно увеличить толщину брони до 8 мм. Способствовал этому и двигатель «Газ М-1» мощностью 50 л.с. Однако бронемашина лишилась орудия – вместо него в башне устанавливали 7,62-мм скорострельный пулемет ШКАС. Однако ПБ-7 не смог избавиться от всех недостатков предшественников, а в купе с пулеметным вооружением это никак не способствовало принятию на вооружение. В войска плавающие бронеавтомобили так и не поступили.
Категория: Танки | Добавил: Junkers87 (06.07.2012)
Просмотров: 5827 | Рейтинг: 3.5/2
Всего комментариев: 0
Имя *:
Email *:
Код *:
Закладки
Поиск
Пользовательского поиска
Форма входа
Друзья сайта
  • Официальный блог
  • Сообщество uCoz
  • FAQ по системе
  • Инструкции для uCoz

  • счетчики
    Rambler's Top100 Анализ сайта Проголосуй за Рейтинг Военных Сайтов!
    Copyright MyCorp © 2017Хостинг от uCoz